Среди разного рода праздничных маршей (в этот момент я всегда чувствую себя немного неловко) и классического для духовых оркестров репертуара типа сюит Густава Хольста, наш духовой бэнд имеет в репертуаре еще и всякое странное, например, вариации на «Корейскую Народную Песню».

На самом деле, «Variations on a Korean Folk song» это такая же американская классика, как и все остальное. Это невероятно мастерски и со вкусом сделанная аранжировка по западному канону: тема с вариациями. John Barnes Chance (1932 – 1972) композитор из Техаса, сочинил ее на основе мелодии которую услышал, находясь на службе в Южной Корее после войны, и эта аранжировка его прославит. В то же время, из названия не ясно, какая именно песня послужила тематическим материалом.

А песня эта, меж тем, всем песням песня и имя ей — Ариран. Я взяло себе за правило не пересказывать Википедию, поэтому просто ограничусь замечанием что мелодия одинаково популярна в обеих Кореях. А текст ее вот такой:

«Ариран, Ариран, перевал Ариран…
Решил ты, милый, через него уйти,
Оставив меня одну, решил уйти.
Но знай, без меня тебе и десяти ли не пройти,
У тебя непременно заболят ноги…»

А во время японской оккупации Кореи ее и вовсе запретили к исполнению, как гимн борцов с независимостью.

Ариран — это очень азиатская история и ее путешествие на Запад путями культурной апроприации напомнило мне недавнюю статью из Нью Йоркера о Bela Bajaria, очередном управленце у руля Netflix. Биография дамы пришедшей к успеху не стоит времени на чтение, но внимание мое привлек пассаж о Южно-Корейских сериалах и их рейтингах.

Мне немного стыдно признаться, но я потребило этих сериалов такое количество, что наверное, понимаю корейский больше чем хочу. И я в этом не одиноко (хотя прошу заметить, что азиатское кино я еще с торрентов качало в двухтысячном году, когда Netflix еще специализировался на торговле дисками!). В общем, в Америке и вообще на Западе, Южно-Корейские сериалы очень популярны, но не все.

Например «Адвокат Ву» про девушку с Аспергером или «Игра в Кальмара», как вариация японской «Королевской битвы», имели колоссальный международный успех, а вот «Crash Landing On You» — уморительная и в то же время совершенно душераздирающая история про любовь сына (!) генсека (!) Северной Кореи и наследницы южнокорейской корпорации-чеболя (да-да!) так и осталась хитом только в Азии. И это неудивительно, потому что например история «Адвоката Ву» может происходить в совершенно любой стране, и имеет относительно хороший конец, а «Crash Landing On You» (Любовь приходит с неба) — это любимый на Востоке сюжет про любовь и безнадегу, где внимательный зритель разглядит прозрачную аллегорию на разделенную страну. А печальные истории, если это конечно не «Титаник», продаются в целом гораздо хуже.

Стоит добавить, что корейское коммерческое кино, особенно снятое на деньги Netflix все же наиболее вестернизировано, как и в целом корейская культура и язык — китайский и японский сериалы имеют порой настолько специфический колорит и неповторимый, гхм, сюжет, что я теперь каждый раз проверяю на отсутствие в описании ключевых фраз типа «ill fated romance», а то опять будешь смотреть семьдесят серий, а героиня в конце сиганет скалы, тьфу.

Скала-скалой, но с другой стороны меня добила сцена в одном псевдо-историческом корейском сериале «The King’s Affection», где главная героиня-принцесса, будучи откровенно загнанной в угол и проиграв в борьбе за трон, в предпоследней серии отравила себя и своего врага смертельным ядом (все как полагается, и китайский сериал обычно на этом заканчивает), а в последней(!) серии, ее, черт возьми, откачали! Дальше там, свадьба, рай в шалаше и неинтересно.

Можно добавить еще пару банальностей про корпоративную культуру Netflix и ее роль в глобализации (читай обеднении) азиатского кинематографа в году капиталистической выгоде, но я просто оставлю в конце еще одну версию песни «Ариран».