Всего две вещи дарят вдохновение автору этого бложика — недвижимость и местная политика. А когда эти две вещи смешиваются в одну, то вообще нимагумалчать.

Я уже писало что в Портленде существует так называемый городской совет из четырех уполномоченных, которые имеют власть сравнимую с, собственно, мэром. В этот совет регулярно проходят выборы и в последний раз на позицию номер три избралась Джо Анн Хардести, первая чернокожая женщина, о которой я уже писало.

В этом году на эту же позицию баллотировались, помимо Хардести, Вадим Мозырский, судья украинского происхождения и Рене Гонзалес, как он сам себя называет, портлендец в пятом поколении и по ходу в двадцать пятом поколении корпоративный топ-менеджер. Мои симпатии были на стороне Мозырского, но он увы снялся с выборов.

И вот вчера Портленде разгорелся скандал, что Рене Гонзалес будет оштрафован на $77000 за нарушение правил ведения избирательной компании, а именно получении взятки в виде супер скидки на аренду офиса.

В чем суть.

Рене Гонзалес участвует в выборах в совет через т.н. программу Small Donor Elections, которая спонсирует кандидатов посредством небольших ($5000 максимум) пожертвований от граждан, дополняя их средствами из специального фонда. Это делается чтобы отсечь «спонсорство» от наших местных богатеев, ну и защитить демократические институты, понятное дело.

Среди вышеупомянутых богатеев есть семья Шницер, в честь которых названы филармония, часть коллекции Портлендского музея искусств и вообще куча всего, посколько, имея бизнес связанный с недвижимостью, они на самом деле _очень_ много жертвовали на благотворительность.

Среди такой благотворительности оказалось и здание общей площадью что-то около семисот квадратных метров, которое офис Гонзалеса арендовал по «льготной» цене в двести пятьдесят долларов в месяц «лично» у Джордана Шницера. Ирония в том, что я теперь живу рядом с этим офисным зданием, и регулярно проходя за хлебом мимо палаток бездомных, столовой для бедняков «Meals on Wheels», социального жилья и дешевого продуктового, я думаю о том, как удивительно одинаково устроен мир, где бы ты не жил.

Чтобы получить возможность жить в социальном жилье или субсидию на него надо порой годами стоять в очереди и по-настоящему балансировать на грани нищеты, иначе же за за комнату в старом здании по соседству с вышеупомянутым офисом придется выложить не менее тысячи долларов. Это то, что называет private housing market. И несмотря на все крики как плохо жить в центра Портленда, цены на жилье неуклонно растут, это я знаю из первых рук, хехе, но как человек имеющий работу в IT, жаловаться считаю не очень приличным. Однако оказывается, цены растут не для всех и если знаешь нужных людей, то возможны «взаимовыгодные сделки».

Примечательна реакция обоих участников такой сделки. Гонзалес заявил что из-за действий его оппонентки Хардести Даунтанун в такой жопе из-за бездомных и погромов, что он вообще сделал одолжение Шницеру, арендовав офис за со скидкой более чем девяносто процентов (Рыночная цена аренды такого помещения составляет примерно семь тысяч долларов в месяц).

Джордан Шницер, сам по себе прекрасный персонаж, о котором я как-нибудь еще напишу, сделал круглые глаза и сказал, что он не знал о максимальном лимите пожертвований, был рад что хоть кто-то снял офис, два года стоявший пустым, и вообще заинтересован в ревитализации центра города. На вопрос журналиста о том, был ли офис выставлен на открытый рынок по льготной, Шницер замялся и нервно продолжил что если какая некоммерческая организация хочет снять у него офис по выходной цене, это обсуждаемо.

Морали, понятное дело никакой не будет. Замечу лишь, что эта история в миниатюре предствавляет собой типичный классово-расовый американский конфликт. Джо Анн Хардести условно представляет собой черную бедноту, а Рене Гонзалез условно средний и высший класс, белые деньги в пятом поколении.

Белые деньги с хорошим образованием и так называем наследным состоянием (generational wealth), которые часто говорят черным, что нужно много и _честно_ работать, а бедняки — только лентяи. Понятно, что сейчас такие заявления никто не делает в слух, но это не значит, что такого рода идеи исчезли.

В общем, запасаемся попкорном и ждем выборов в совет восьмого ноября.