Со смешанными чувствами я сегодня узнало, что пока я все собиралось написать про мой любимый сериал Glow (Блеск) то его производство радостно закрыли из-за пандемии. Со смешанными, потому что мне с одной стороны было интересно, что придумают сценаристы, а с другой привычка досуха выдаивать любой перспективный проект (мюзиклы идут пока на них ходит зритель, сериалы продлеваются пока рейтинги не падают ниже плинтуса и прочий Климакс В Большом Городе, уж простите).

В целом я вообще смотрю мало американского кино, потому что во-первых для меня местный быт давно перестал быть экзотикой (ну этот как русские сериалы на Netflix, без обид), а во вторых, несмотря на наличие просто превосходных сериалов (например, The Maid, недавний), мне ближе корейское кино, хотя бы потому что оно в целом потоньше в плане изобразительного языка, более левое и как правило ограничивается одним сезоном в шестнадцать эпизодов — а это значит, что история будет рассказана от начала и до конца без идиотских вставок и ненужных клифхенгеров (всенародно любимая «Игра в Кальмара», кстати была продлена на второй сезон и, боюсь, ничего хорошего нас там не ждет)

Так о чем это я, простите отвлеклось. Так вот, Glow. Gorgeous Ladies of Wrestling. В основе сюжета лежит реальная история про успех ТВ-шоу про женский рестлинг в восьмидесятые. Зритель проживает эту историю вместе с безработными актрисами, нанятыми скакать в трико в пыльном зале на задворках Лос Анджелеса. «Ну хорошо хоть не порно», — как весело замечает одна из героинь. По идее, снимать особо не о чем, но внезапно оказывается что любая история, особенно если ее сдобрить совершенно циничным юмором и превосходной актерской игрой начинает сверкать и переливаться.

И кстати, справедливости ради стоит сказать что не все американские сериалы зажимают сто долларов на консультанта по вопросам пресловутой cultural difference. Главная героиня Рут решает избрать себе сценический образ советской воительницы и, чтобы глубже проникнуть в роль (по Станиславскому, ага), она просит ей помочь русского портье (настоящего русского актера, с настоящим русским акцентом) и тот ее приводит на «русскую вечеринку» которая оказывается брит-милой одного взрослого родственника. «Миша, что это за дура?!»

Я так смеялось, что мне чуть плохо не стало.

После порции восторгов насчет, собственно, сериала я решило погуглить оригинальное шоу «GLOW» и осознало, что в версии 2019 года они еще жестко сгладили углы с помощью иронии, посколько оригинальная версия была еще хлеще. В условиях Холодной войны, главным злодейским персонажем выступает Зоя Зе Дестроя (на первом фото), которую побеждает американская красавица-блондинка Либерти Белль. Помимо этого в шоу масса архетипических героев в духе чернокожей Welfare Queen (Королевы Пособий, оскорбительная кличка) и целой вереницы подобных упрощенных образов.

Сначала я думало, что популярность этого шоу в восьмидесятые (версия 2019 года это все-таки постмодернистская трагикомедия) — его упрощенный язык, апеллирующий к нетребовательной публике американской глубинки, но гораздо глубже в причины проник Ролан Барт в своем эссе «Мир, где состязаются в кетче», где он рассуждает как раз о причинах популярности таких стилизованных боев и во Франции и в Америке.

Пересказывать всю статью я не буду (она совсем небольшая и переведена на русский), он основной ее посыл — в том что рестлинг (я не буду использовать слово кетч, чтобы не путать никого) это вовсе не низменный вид спорта, а зрелище, которое фактически устроено по модели греческой трагедии с ее масками и предельной ясностью образов. Там нет места противоречивости — одежда, тело, поведение борца — все вместе образует «базовый знак, в котором, как в зачатке, содержится вся схватка». И таким образом получается что рестлинг — это такой театр на стероидах, один из методов перформанса, усиленная пантомима знаков, способная себя «донести до последних рядов зрительного зала».

Из любопытного, Барт отмечает что а Америке, в отличие от Франции, рестлинг «изображает собой своего рода мифологический поединок Добра и Зла (по природе своей близкой к политике)» в то время как во Франции «заложен совсем иной тип героизации — не политический, а этический. Публика ищет… образ законченного мерзавца».

Подлинная же причина популярности подобного рода шоу, и тут я вынуждено было сознаться себе что и меня они очаровали, по Барту в том, что нам дают «на несколько мгновений чудесный ключ… чистый жест, который отделяет Добро от Зла и раскрывает образ справедливости, наконец-то сделавшейся постижимой для ума.»

*смахнув слезу*

Люблю Барта, извините.